( которые под )

 

это что б вы знали...
я двадцати-с-хвостом-летним детям голых теток показываю.
и называю классикой мировой фотографии.
стыд-то какой!


( а между прочим... )

пришла в себя,
а там пусто и холодно—
неуютно...
словно меня там и не было никогда.

Сенсэй умер.
Давно, но для меня—сегодня, потому что я только сегодня об этом узнала.
Думала, он вылечился и остался на родине с женой и дочерью.
А он умер.

Собственную теплокровность и уязвимость ощущаешь особенно сильно, когда самое горячее, что есть в твоей ванной – ты, хотя кафель в ней одного с тобой цвета, и бритва в дрожащих руках оставляет на коже алые живые следы.

Когда вода в тазике остывает быстрее, чем положено по законам физики, даже двадцать три градуса на поверхности кожи заставляют пульсировать что-то в озябших пальцах. Что-то похожее на жидкий огонь, ползущий змеей вдоль тела в бездонную дыру водостока.

Когда, выныривая в махровое полотенце, не чувствуешь особенных изменений.

Когда понимаешь, что, скорее всего, так и должно быть…

Гром мусоровоза  успешно заменяет петухов,  до смерти пугая нечисть, которой необходимо сдать заказ через несколько часов после рассвета…

Так спокойно, что кажется счастьем. Качаться на качелях в парке, готовить сырники, запускать в небо огромных воздушных змеев, вдыхать прохладные цветочные вечера: яблони, сливы, клейкие листики тополей.

Пешком по двойной сплошной. Белый хребет парализованной дороги, сирены скорой. Залп. Вспоротое небо несколько секунд истекает разноцветным огнем и осчастливленная толпа издает нечеловеческий рев. Последние горящие осколки едва не достигают земли, небесное кровотечение останавливается, и раны быстро затягиваются грязно-желтым с комочками  дымом. Этот безумный спектакль можно смотреть только в одиночестве: даже если вокруг огромное количество людей и фотоаппаратов, даже если кто-то держит тебя за руку или обнимает за плечи, даже если абсолютно ничего уже не имеет значения, все равно… Пока дым окончательно не растает, есть только небо и я, и нам нечего сказать друг другу.

Картон и бумага, виски вечером в парке, помидоры черри и почти забытая игра в диск. Ловушка для ветра из бамбука, бумаги и веревок. Воздух...
У меня было два дня, чтобы влюбиться в потрясающее, почти случайно материализовавшееся в поле зрения, существо. Но я не успела. Бывает…

Опаленная кожа цвета грейпфрутовой мякоти. Изрезанные бумагой пальцы. Боль заменяет собой реальность, впитывает все мои ощущения, переплавляя их по образу и подобию своему. Знобит.

 

P.S. Сегодня до исступления захотелось рисовать. Именно рисовать и ничто другое, и я окончательно поняла причину своей остро выражающейся нелюбви к этому занятию: я хочу рисовать, когда не чувствую ничего, кроме боли и все мое существо отказывается быть на физическом уровне.

Жизнь, в которой мне необходимо рисовать – это жизнь, которой я не хочу. Которой боюсь. Которую просто не выдержу.

Не художник.

Итак, сегодня, вот прямо сейчас, в 4:38 утра 23 апреля это случилось: винда-таки решила упасть не дожидаясь конца сессии. Через восемь часов у меня экзамен по иллюстрации, а мой чудесный компьютер сначала отказался дружить со сканером, потом за что-то на мышку взъелся, а теперь отрицает тот факт, что к нему подключен принтер. Естественно, диск с виндой я кому-то отдала, и совершенно очевидно, что все нормальные виндовладельцы сейчас, вот прямо в эту минуту, спокойно спят.
Меня, собственно, интересует только один вопрос: почему не завтра или вчера, когда все было бы так просто, не приятно, конечно, но но и не очень сложно, а вот именно сейчас, за два часа до рассвета?
А если короче, то КАКОГО ХУЯ ОПЯТЬ? Почему жопа не может случиться после сессии, и ждать-то всего-ничего осталось...
Ну, почемуууууууууууууу?!

Upd: 5:30 ииии...
человек победил машину, более того, человек заставил принтер делать то, что он никогда не делал: он напечатал то, что я хочу на той бумаге, которую я ему дала, так, что вроде даже и ничего.
Доброе утро всем!

И да:
нужно отключить от аппаратов искусственного жизнеобеспечения ту часть души, которой лучше всего умереть.
Меня и на это хватит.
Я
обещаю
себе.

может, и не стоило...